May 30th, 2005

Моя милиция меня

Я милицию люблю. Даже будучи прожженым хиппи, когда мне по идеологии полагалось ненавидеть всяческие органы государственной власти, я относился к милиции неплохо и не понимал, почему я должен называть людей в мышиной форме "мусором" и "ментами" и конфликтовать с ними. Ну да, забирали часто за антисоциальное поведение и вызывающий облик. За участие в несанкционированных митингах и пикетирование военкоматов тоже забирали. Но никогда почему-то не били, не унижали, так что личных причин недолюбливать этих странных людей у меня не было. Зачистки на славной горе Мангуп меня тоже минули, каким-то чудом ни разу не нарвался. Даже когда из Петербурга приехали меня допрашивать два нервных следователя, я нисколько на них не обиделся, я же ни при чем был. Да, помню, нервничал, думал, что это по поводу уничтожения города Малая Вишера, но оказалось, что нет.
Не исключено, что подобная лояльность обусловлена тем, что мой героический дед Геннадий был прокурором Сочи, а не менее героическая бабушка-подполковником милиции. Бабушка, кстати, была убеждена, что мое предназначение на этой планете-стать милиционером(в крайнем случае адвокатом) и только чудом мне удалось и избежать всяческих Школ милиции.
Милиция нужна, потому что если ее не будет, то наступит натуральный пиздец. Даже эта, насквозь коррумпированная и хамская милиция сдерживает хоть как-то агрессивно настроенное большинство граждан нашей страны, норовящих немедленно разобраться с окружающими. Милиция хорошеет на глазах, им подняли зарплату и обязали быть вежливыми. Бежим вот мы вчера с Аленкой на May Fashion, радостные, нарядные. И вдруг:
-Да-а-акументики!
Мы по инерции(нас-то за што?!я же Малую Вишеру сжег, а не театр Станиславского!)проскакиваем пару метров дальше.
Голос становится жестким.
-Молодые люди(спасибо, милый!)ваши, ваши документики!
-А што случилось,-любопытствую.
-Сейчас проверим документы и решим,-мудро изрекает пухлый рыжий блюститель. Стоящий рядом с ним нетрезвый оперуполномоченный кивает.
Извлекаю паспорт вместе с удостоверением вместе, и понимаю, что уже и открывать его не обязательно.
-Спасибо,-говорит рыжий,-добрые люди.
Это меня убило. Он сказал "добрые люди" таким презрительно-ненавидящим голосом, каким, наверное приносят извинения за содержание в СИЗО, когда ты отсидел два года и выяснилось вдруг, что невиновен.
Но с властью спорить нельзя, раз власть говорит "добрые", значит добрые.
Пожалуйста.
  • Current Music
    "И на первый взгляд, как будто, не видна"

ПОДАРОК, или НОВАЯ ВСТРЕЧА С ХАСИДАМИ

Перед встречей с хасидскими молодоженами с целью отдачи им дисков с фотографиями и получения кровью выстраданного вознаграждения меня разбил нервный тик. Пришлось успокоить себя чашечкой кофе и взять себя в руки.
Пришли на встречу к Макдональдсу на Китае вовремя. Учитывая, что они переносили её за сегодня уже три раза, похвально. Не ожидал.
- А вы первый раз были на еврейской свадьбе?
- Да.
- Понравилось?
- Ну...Это был интересный опыт,-уклонился я от прямого ответа и посмотрел на руки девушки, прячущей диски в сумочку. По моим предположениям, эти руки должны были сейчас достать 200 условных едениц. Но руки безжалостно захлопнули защелку. Я с надеждой посмотрел на мужа, похожего на персонажа фильмов Кустурицы. Приятный человек, деньги явно у него.
- Я там хорошенькая?
Ах, кокетка!
Я еще раз окинул взглядом опухшее от трехдневного пьянства(или что там у хасидов), без всяких следов косметики лицо новобрачной и честно сказал:
- Да.
И снова посмотрел на мужа. Муж улыбался и смотрел в небо, и, видимо желая привлечь мои воспоминания к той благословенной пятнице, полюбопытствовал:
- А угощенье вам понравилось?
- Нет,- снова удалось не соврать мне.- Я его не попробовал.
- Работал, бедненький,-разъяснила невеста.
- Не совсем,- начал нервничать я. - Просто мне никто ничего не предложил. Даже воды.
- Ой, - сказал муж. - Все были так заняты, так заняты. А мы особенно.
Повисла пауза. Я ощущаемым вожделением смотрел на его руки, которые и не пытались тянуться к портмоне.
Портмоне... Красивое слово.
- А вы снимаете портфолио? - поинтересовалась девушка.
- Нет! - быстро ответил я. Пожалуй, слишком быстро. - То есть снимаю, но звездам. Они платят больше.
- Кстати, - осмелел, наконец я. - А как у нас с расчётом?
- В каком смысле?
Я понял, что начинаю звереть. Кто знает, тот поймет - вывести меня из себя достаточно тяжело. И уж практически невозможно заставить меня самого попросить деньги.
- В том смысле, что вы должны мне деньги за съемку вашей свадьбы.
- Деньги? - искренне удивились молодожены.
- Двести долларов, - как можно более жестко сказал я. И тут же пожалел об этом, потому что персонаж из балканского кинематографа пошатнулся. Может я случайно сказал "две тысячи"?
- Двести...долларов...на дороге не валяются,- сдавленно предположил он.
- Точно, - подтвердил я. - Мне сказали, что я снимаю три часа и получаю двести долларов. Просто деньги очень нужны, поэтому согласился, - почти извиняясь сказал я.
И тут я понял. Я понял, что эти люди ВООБЩЕ не собираются платить мне деньги. И поэтому они не тянутся к сумочке и портмоне (нет, все-таки очень красивое слово), не спрашивают "вам доллары или рубли лучше", в общем, именно поэтому нет того замечательного ритуала, ради которого все и занимаются халтурой. В воздухе запахло грандиозным наебаловом. Вытерпеть на трезвый и голодный желудок хасидскую свадьбу, потратить кучу времени на обработку фотографий, и не получить за это ни копейки?
Сердце защемило. Я вспомнил, как кто-то в редакции пошутил, что могут и не заплатить.
- Странно,- удивилась девушка. - А нам сказали, что вы - подарок!
- Я подарок? В каком смысле? Нет, я далеко не подарок. Я совсем не подарок. Вы там как-нибудь решите этот вопрос...
- Может завтра...
- Сейчас!
Вздыхая и причитая, сетуя на отсутствие телефона, на который надо позвонить и уточнить, с укором президентского лабрадора в вороных глазах, парочка отмусолила сотенными купюрами 5600.
Больше никогда.
Хотя раз в жизни было нужно. Чтобы понять всё окончательно.
  • Current Music
    ГИМН ИРАНА